В статье «Южная Корея расширяет многоплановое сотрудничество с Центральной Азией», опубликованной 21 октября 2026 года на The Jamestown Foundation, Вусал Гулиев, ведущий советник, анализирует укрепление отношений Южной Кореи с пятью государствами Центральной Азии, развитие регионального сотрудничества и перспективы формирования транспортной и логистической сети, связывающей Центральную Азию, Южный Кавказ и Европу.
Краткий обзор
- Первый саммит «Корея — Центральная Азия», состоявшийся в Сеуле, перевёл отношения от преимущественно двустороннего взаимодействия к регулярному региональному формату. Сеульская декларация определила четыре приоритетных направления сотрудничества на следующие 30 лет.
- Стремясь обеспечить доступ к критически важным полезным ископаемым, Сеул использовал новую платформу для заключения 116 деловых меморандумов, разработки отдельных соглашений с каждой страной Центральной Азии и создания новых механизмов сотрудничества в промышленности, климатической сфере и энергетике.
- В рамках Среднего коридора инициатива сотрудничества «К-Шёлковый путь» может превратиться в региональную стратегию, объединяющую ресурсы Центральной Азии с корейскими технологиями, инвестициями и европейскими рынками. Для этого потребуется углубление связей с Азербайджаном, Грузией и Турцией.
16–17 сентября в Сеуле состоялся первый саммит «Корея — Центральная Азия» под лозунгом «Вместе к будущему: партнёрство ради доверия и процветания». В нём приняли участие президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён и лидеры Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана. Это стал первый саммит на уровне глав государств в данном формате (Министерство иностранных дел Кореи, 17 сентября). Саммит вывел отношения, которые ранее развивались преимущественно через двусторонние каналы и встречи на министерском уровне, на новый уровень. Участники договорились проводить саммит на регулярной основе. Следующая встреча запланирована на 2028 год в Казахстане (The First Korea-Central Asia Summit 2026, по состоянию на 5 октября).
Сеул поддерживает дипломатические отношения со всеми пятью центральноазиатскими республиками с начала 1990-х годов и установил особенно тесные экономические связи с Казахстаном и Узбекистаном (European Journal of Korean Studies, 2022; Министерство иностранных дел Кореи, по состоянию на 5 октября). Созданный в 2007 году Форум сотрудничества «Корея — Центральная Азия» обеспечил многостороннюю платформу для диалога и взаимодействия на министерском уровне (Министерство иностранных дел Кореи, 15 ноября 2007 года). В 2024 году Сеул представил инициативу сотрудничества «К-Шёлковый путь» — первую комплексную дипломатическую стратегию Южной Кореи в отношении Центральной Азии. Инициатива основана на принципах «сотрудничества, интеграции и созидания». Она предполагает объединение технологических и цифровых возможностей Южной Кореи с ресурсами и потенциалом развития региона (The Korea Times, 7 июня 2024 года; Centre for Eastern Studies, 2 июля 2024 года).
Промышленная экономика Южной Кореи в значительной степени зависит от стабильного доступа к ресурсам, необходимым для производства полупроводников, аккумуляторов, электромобилей, технологий возобновляемой энергетики и другой высокотехнологичной продукции. В связи с этим Сеул стремится диверсифицировать цепочки поставок и развивать партнёрские отношения с богатыми природными ресурсами странами (Korea JoongAng Daily, 27 февраля 2023 года). Центральная Азия располагает значительными запасами урана, меди, редких и стратегически важных металлов, а также других полезных ископаемых, которые могут стать основой промышленных производственных цепочек (Организация экономического сотрудничества и развития, 28–29 апреля).
На сентябрьском саммите была принята Сеульская декларация, определившая четыре широких направления сотрудничества на следующие 30 лет. Они включают институционализацию партнёрства «Корея — Центральная Азия», содействие миру и стабильности, развитие инноваций и процветания, а также укрепление связанности посредством межличностных контактов и доверия (Министерство иностранных дел Кореи, 17 сентября). Такой подход создаёт механизм координации сотрудничества между пятью странами, экономические структуры, ресурсная база и приоритеты развития которых существенно различаются (Korea Foundation, 12 марта 2025 года; Организация экономического сотрудничества и развития, 24 ноября 2025 года).
Казахстан имеет важное значение с точки зрения критически важных полезных ископаемых, энергетики, логистики и Среднего коридора. Географическое положение страны между Китайской Народной Республикой (КНР), Каспийским морем, Южным Кавказом и Европой обеспечивает ей центральную роль в евразийской транспортной связанности (Всемирный банк, 11 февраля). 15 сентября Сеул и Астана повысили уровень отношений до всеобъемлющего стратегического партнёрства и подписали 13 соглашений и меморандумов о взаимопонимании. Одновременно представители бизнеса объявили о заключении коммерческих соглашений на сумму около 19 миллиардов долларов США (The Korea Times, 15 сентября; Trend News Agency, 16 сентября).
Узбекистан располагает крупнейшими в регионе потребительским рынком и рынком труда, а также реализует амбициозную программу промышленной модернизации. Сотрудничество Ташкента с Южной Кореей уже охватывает инфраструктуру, транспорт, критически важные полезные ископаемые, искусственный интеллект (ИИ), цифровизацию и производство (The Korea Herald, 21 июня; Министерство цифровых технологий Узбекистана, 27 августа). Государственный визит президента Узбекистана Шавката Мирзиёева в Сеул 13–16 сентября завершился подписанием 13 соглашений. Кроме того, Ташкент объявил об инвестиционных и торговых договорённостях на сумму 12 миллиардов долларов США, а также о программе партнёрства с Экспортно-импортным банком Кореи на 8 миллиардов долларов США (Asia News Network, 15 сентября; информационное агентство Dunyo, 16 сентября).
Сотрудничество Туркменистана с Сеулом сосредоточено на энергетике и масштабных инфраструктурных проектах. В ходе саммита корейские и туркменские компании обменялись многочисленными соглашениями, охватывающими инвестиции, торговлю, энергетику, химическую и промышленную отрасли, железнодорожный транспорт, науку, технологии, искусственный интеллект, охрану окружающей среды и управление водными ресурсами (Turkmenistan Golden Age; The Korea Herald, 16 сентября).
17 соглашений с Таджикистаном охватывали текстильную промышленность, химическую отрасль, машиностроение, искусственный интеллект, цифровые индустрии, железные дороги, логистику, энергетику и критически важные полезные ископаемые. В то же время 18 соглашений с Кыргызстаном были сосредоточены на критически важных минералах, рынках халяльной продукции, инфраструктуре, технологиях животноводства, энергетике и интеллектуальной собственности (The Korea Times, 16 сентября). Решение Сеула создать региональную платформу позволяет этим небольшим экономикам участвовать в проектах и механизмах, которые в противном случае могли бы оставаться ограниченными двусторонними отношениями.
В ходе саммита Южная Корея и пять государств Центральной Азии запустили более широкий механизм сотрудничества в области климата, энергетики и охраны окружающей среды. Это создаёт дополнительные возможности для корейских компаний внедрять технологии в сфере возобновляемой энергетики, энергоэффективности, чистой энергетики, экологического управления, а также потенциально в области водородных технологий и других перспективных направлений (Министерство культуры, спорта и туризма Кореи, 17 сентября). Кроме того, стороны учредили регулярный консультативный механизм — встречу министров промышленности стран Центральной Азии и Кореи в формате C5+Korea. В рамках деловых мероприятий «Корея — Центральная Азия» было подписано в общей сложности 116 меморандумов о взаимопонимании между компаниями, в том числе 19 из них были представлены на деловом саммите «Корея — Центральная Азия». Соглашения охватывали проекты от развития умных городов до технологий производства редких металлов и промышленного оборудования (Korea PRO, 15 сентября; Министерство культуры, спорта и туризма Кореи, 18 сентября).
Геополитическое и экономическое значение Центральной Азии возросло по мере того, как регион стал важным элементом евразийской транспортной связанности. Средний коридор соединяет КНР с Центральной Азией, Каспийским морем, Южным Кавказом, Турцией и Европой, формируя мультимодальную сеть, которая привлекает всё больше инвестиций и политического внимания (Baku Dialogues, 18 октября 2022 года; Euronews, 16 сентября). Эта межконтинентальная торговая артерия становится одним из ключевых элементов взаимодействия Южной Кореи с Центральной Азией. Более эффективные транспортные связи могут способствовать развитию торговли между Кореей и рынками Центральной Азии, а улучшение логистики — перемещению центральноазиатских ресурсов и произведённой в регионе продукции на международные рынки (Seoul City, 18 июня).
Представляя своё видение «Нового Шёлкового пути», Ли заявил, что Сеул направит в регион торговые делегации, поддержит внедрение цифровых таможенных систем для сокращения нетарифных барьеров и откроет «Корейские офисы» во всех пяти странах Центральной Азии, чтобы помогать корейским компаниям решать местные проблемы. «Если мы будем идти вместе, дорога, существовавшая 1 500 лет назад, вновь откроется как новый Шёлковый путь», — добавил Ли в своём выступлении на первом деловом саммите «Корея — Центральная Азия» (The Korea Times, 16 сентября). Развивая это более широкое видение транспортной связанности, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев призвал южнокорейские компании активнее участвовать в развитии Среднего коридора. Он также отметил потенциал интеграции Среднего коридора с инициативой TRIPP — «Маршрут Трампа во имя международного мира и процветания» — и объединения двух маршрутов в единую транспортно-логистическую цепочку, связывающую Корею, Центральную Азию и Европу (Kazinform; Trend News Agency, 16 сентября).
Недавние оценки Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и Международного транспортного форума (МТФ) выявили инфраструктурные ограничения, недостаточную пропускную способность мультимодальных перевозок, несогласованность нормативных систем и неэффективность процедур пересечения границ на отдельных участках Среднего коридора (ОЭСР, 24 ноября 2025 года, 3 февраля; МТФ, 24 июля 2025 года). Эти проблемы одновременно создают возможности для технологически ориентированных партнёров, таких как Южная Корея. Сеул может внести свой вклад посредством внедрения новых технологий и развития современной инфраструктуры в странах, расположенных вдоль Среднего коридора (Центр анализа международных отношений, июль 2025 года).
По мере расширения партнёрства в сфере транзита и логистики вдоль Среднего коридора Сеулу потребуется углублять сотрудничество с другими странами, участвующими в транскаспийской торговой сети. Южный Кавказ может стать важнейшим звеном транспортной цепочки, связывающей Корею, Центральную Азию и Европу. Азербайджан обеспечит ключевой морской переход через Каспийское море, тогда как Грузия и Турция соединят маршрут с европейскими рынками. Интеграция Среднего коридора с инициативой TRIPP наряду с развивающимися транскаспийскими проектами в сфере зелёной энергетики может расширить эту сеть за пределы торговли и логистики, включив в неё энергетическую и цифровую связанность (см. EDM, 23 июля 2025 года; The Astana Times, 30 июня). Организация тюркских государств и Консультативная встреча глав государств Центральной Азии и Азербайджана в формате C6 могут предоставить Сеулу дополнительные возможности для институционализированного взаимодействия со странами вдоль Среднего коридора (см. EDM, 19 февраля 2025 года, 21 января).
Первый саммит «Корея — Центральная Азия» ознаменовал переход Сеула от преимущественно двусторонних отношений с регионом к более скоординированному региональному формату сотрудничества. Объединив все пять государств Центральной Азии в рамках регулярного механизма на уровне глав государств, Южная Корея создала платформу для реализации своих экономических, технологических и инфраструктурных инициатив на региональном уровне. Это может позволить инициативе сотрудничества «К-Шёлковый путь» выйти за рамки механизма двустороннего экономического взаимодействия и превратиться в более широкую региональную стратегию, объединяющую ресурсы и производственные сети Центральной Азии с корейскими технологиями, инвестициями и европейскими рынками.
https://jamestown.org/south-korea-broadens-multifaceted-ties-with-central-asia/


